cityformat (cityformat) wrote in ru_open,
cityformat
cityformat
ru_open

Турок о потерянной дружбе

Йигит Инан - предприниматель и диджей. Приехал в Россию из Стамбула.

В Москву я приехал в 2000 году, когда мне было 12 лет. Прилетели на каникулы, и тогда все мне, конечно же, понравилось. Потом мой папа стал работать в России благодаря одному другу, а через год мы сюда переехали насовсем. Сложности возникли, когда понадобилось ходить в школу: адаптироваться было трудно, язык я еще не знал, солнца больше не видел. Из первой школы меня отчислили через год. История повторялась несколько раз: меня отправили в другую школу, потом еще в одну.

Я учился плохо, с трудом разговаривал по-русски, да и дружить с русскими не получалось. В Турции я ходил в большую школу, где был одним из самых популярных ребят, а здесь ко мне относились как к пустому месту — всем было неважно, есть я или нет. Я никуда не ходил, нигде не гулял. Думал, в Москве задержусь ненадолго. В школе пахло едой, и это ужасно раздражало. В этом плане я оказался довольно капризным, и этот адский кислый запах отбивал всякое желание постигать науки. А еще помню, как время от времени закладывали бомбу. Мы спокойно сидели на уроках, вдруг внезапно в класс заходил спецназ и выгонял всех на улицу. Я был ребенком, поэтому, наверное, не боялся. Хотя стоило: «Норд-ост» нас тоже коснулся — в тот день многие мои одноклассники пошли на спектакль, а я остался дома. Наша школа находилась рядом с турецким посольством, и все мои друзья-турки решили не ходить — прежде всего потому, что по-русски мы тогда плохо говорили. Но русские одноклассники пошли, и одна девочка погибла при освобождении театра.

В детстве я в основном проводил время у друзей родителей. Времени было много, и как-то вышло, что оно заполнилось музыкой. У моей старшей сестры был парень, его лучший друг работал диджеем и научил меня всему: объяснил, где найти электронную музыку, рассказал, какие есть жанры. Оказалось, что нравившиеся мне треки можно было добыть только на виниловых пластинках, поэтому я потихоньку начал их собирать. К тому времени в Москве возникло много магазинов с винилом, и за день я мог обойти три-четыре. Родители давали мне кучу денег, тратить мне их было не на что — через год я купил себе всю необходимую диджейскую аппаратуру. У меня сохранилась фотография нашей квартиры: мебели в ней еще никакой не было, а в моей комнате все забито пластинками, там стоял компьютер и две кровати без матраса. Был хороший диджейский магазин на «Третьяковской» — меня рядом с ним как-то чуть не сбила машина. Я спокойно стоял на перекрестке, из-за угла появилась «газель», ударила меня, я упал… Пришлось снять обувь, чтобы вытащить ногу из-под колеса. Было жалко новые кеды, я потом месяц еще не мог ходить.

Мне понадобилось года четыре для осознания факта, что мы в Москву приехали надолго и домой я уже не вернусь. Когда мне исполнилось 16, в жизни появился новый интерес — девушки. В русском языке удалось продвинуться за счет сайтов знакомств: гугл-переводчика тогда не было, поэтому приходилось переводить все со словарем. Разговоры были довольно невинные, как мне сейчас кажется.

К окончанию школы я уже совсем перестал чувствовать себя иностранцем — знал все дороги, понимал, о чем говорили на радио, почти все мои приятели оказались русскими. Я поступил в МГУ на философский, и до сих пор ребята с философского остались моими лучшими друзьями. Мы с ними так много ходили по клубам, что никого не нужно было специально звать: было неважно, о чем говорить, с кем пить, многого я элементарно не помню. В основном мы посещали «Пропаганду». Это было прекрасное время, я сейчас не представляю, как на все хватало сил — мы могли тусоваться по три дня. Страшно вспоминать, сколько мы пили. Но больше всего меня интересовала, конечно же, музыка. Тогда в Москву привозили такие имена! Сейчас одни и те же люди играют в одних и тех же клубах, получается замкнутый круг. Да и вроде бы неважно, кого привезли: все приходят из-за модного места. А раньше шли слушать конкретного диджея. А еще в Москве началось повальное увлечение техно — я не против, но это носит какой-то характер истерии, хотелось бы разнообразия.

Что я могу вспомнить о том прекрасном времени — начале 2010-х? Например, в одном из клубов на Тверской мне предлагали деньги за секс. Мне понравилась одна девушка сильно старше меня. И тут вдруг она мне призывно помахала рукой. Я подошел, она сунула мне в руку какую-то бумажку и стала шептать — дескать, давай допьем, понюхаем кокса в туалете и поедем ко мне на «Киевскую» — трахаться с ней и ее подругой. Я выпал в осадок, не знал, как реагировать. Подумал, что на бумажке ее телефон, — а это оказалось 100 долларов. Она сказала, что это на такси, чтобы я потом смог от них добраться до дома. Деньги я сразу вернул и от лестного предложения отказался: все это было очень странно. Хотя я до сих пор представляю, что случилось бы, если бы я поехал с ними. Несмотря на то что Москва до сих пор дикая и веселая, тогда было больше приключений.
Я играю в лучших клубах Стамбула, и там нет таких заведений, как здесь. В Москве меньше ограничений — и во времени, и в энергии, и в возможности тратить: в России деньги снимают любые барьеры. Если они есть, вам гарантирована беспредельная свобода! А в Стамбуле, чтобы веселиться, как здесь, потребуется открыть свой клуб. В Москве у меня своего места нет, зато есть наша промоутерская группа — Deep Fried Garage. Мы ее основали около года назад, чтобы слегка взбодрить московскую ночную жизнь: однажды провели вечеринку в музее, в другой раз — в заброшенном здании в центре. А вечеринку в честь года DFG делали в клубе LOL, пригласили моего любимого музыканта Lancelot.

За десять лет Москва сильно изменилась, я бы сказал, что она европеизировалась. Раньше, если ты не был выходцем из бывшего СССР, тебя считали чужаком. Теперь люди стали добрее и общительнее, меньше обращают внимание на то, откуда я. С другой стороны, когда я недавно был в Стамбуле, мне показалось, что там все не такие добрые, как я раньше представлял. Когда со мной в России случалась какая-то ерунда, я всегда чувствовал злость иностранца, думал, что в Турции все решилось бы проще и быстрее. Казалось, что у нас жизнь устроена легче, нет страшной бюрократии, но каждый раз выяснялось, что Турция — совсем не та страна, которую я оставил. Люди становятся злее, меньше обращают внимания на мелочи.

В Москве все острее чувствуется — и кризис, и боль. Она не то чтобы жестока — в ней нет милосердия: ни города к человеку, ни между людьми. Фраза «Москва слезам не верит» точно характеризует здешние отношения. И нет взаимного уважения: достаточно посмотреть, как сидят люди в метро в Японии и у вас. С другой стороны, в Стамбуле, например, не уступают место детям — наверное, не задумываются, что малыши могут устать. Стамбул больше похож на Европу в плане обслуживания в ресторанах и кафе. Может быть, над россиянами довлеет наследие советской культуры сервиса или воспитание бабушек, которые учили довольствоваться малым. С другой стороны, у вас существуют такие заведения в Москве, где качество обслуживания избыточно высоко: если деньги есть, то их уже не считают — тратят совершенно неразумно. Может быть, дело не в менталитете, а в том, что в России не выработались единые стандарты поведения.

Еще мне очень не хватает в Москве нормального донера. В Турции в любой забегаловке он будет лучше, чем в самом элитном месте в Москве. Здесь как-то странно режут мясо. Поэтому я стараюсь не есть московскую шаурму или в крайнем случае прошу не класть эти надуманные добавки — капусту и майонез. Расстраивает, как устроена в Москве доставка еды. Часто после работы я возвращаюсь домой глубокой ночью и хочу, чтобы мне привезли утром завтрак. Открываю сайт круглосуточного ресторана, и тут выясняется, что в шесть утра у них пересменка и санитарный час, они должны сделать проверочный звонок в семь, чтобы доставить мне еду к двенадцати, — какие-то странные правила. Поэтому лучше пойти в круглосуточную «Магнолию» возле моего дома на «Университете». У меня там есть знакомые кассирши, и когда я прихожу пьяненький, то мы часто болтаем с ними и шутим.

В Москве много бизнес-центров, но бизнеса сейчас почти нет: с кризисом все стали в разы меньше зарабатывать. Русские люди энергичные и надежные, хотя их не назовешь реалистами: они продолжают строить безумные планы, несмотря на безденежье. А я сейчас не могу строить вообще никаких планов. Вот, например, в понедельник школьный друг из Стамбула сказал, что купил билеты в Москву, а в среду передумал и отменил поездку. Мир стал таким хрупким.

Происходящее сейчас между нашими странами ужасно. В Турции есть пословица про тех, кто ругает курицу соседа и рискует тем самым его обидеть. Хотя казалось бы: ну и что, всего-навсего курица. То же ощущение сейчас. Почему Турция отреагировала именно так? Каждый день нам пишут из посольства с просьбой не выходить из дома. И родители говорят то же самое. Мы будто сидим на пороховой бочке — вчера смотрели фильм с друзьями у меня дома, а потом сказали друг другу: «На выходных никуда не выходим». Что тут обсуждать: иностранцу очень печально получать предписания из посольства о том, что он должен делать, а что нет. У нас с приятелями есть чат, где мы раньше обсуждали девушек, а теперь говорим о сбитом самолете, реакции в России и Турции. Вчера вот были новости о том, что одни турки собирались улететь из Москвы, но их задержали в аэропорту без причин, забрали паспорта. И это будет продолжаться. Наверное, политические отношения между странами в какой-то момент восстановятся — это неизбежно. Но та дружба между Россией и Турцией, которая установилась за двадцать лет, к сожалению, будет утеряна. Мои друзья говорят, если так будет продолжаться, они уедут. Но они никогда не жили здесь по-настоящему — просто работают. А я здесь живу!



Tags: Турция, иностранцы в России, открытая Россия
Subscribe
promo ru_open сентябрь 13, 16:25 291
Buy for 200 tokens
Федя и Вика – нет , это не классическая русская пара, о которой можно подумать, ведь Виктория - американка из Лос-Анджелеса, которая однажды встретила сибиряка Федора. С тех пор они вместе, живут на две страны, и сегодня впервые прилетели в Санкт-Петербург. Виктория: Мы встретились в…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments